Книга туарег отзывы – Книга: «Туарег» — Альберто Васкес-Фигероа. Купить книгу, читать рецензии | Taureg | ISBN 978-5-386-04988-1

Альберто Васкес-Фигероа «Туарег»

Перед тем, как наконец-то взять книгу в руки, упоминания о ней попадались и попадались мне на глаза, как-будто настаивая, чтобы я поскорее прочла её, отложив свой список. И это того стоило. Как же здорово начать год с не просто хорошей, а просто с замечательной и великолепной книги. Прочла я книгу быстро, но до сих пор свежи чувства и впечатления и они будут жить во мне долго, потому что такие истории не забываются, такие истории ждёшь с нетерпением и они не так часто попадаются – где всё складывается: персонажи, антураж, события, чувства, ощущения, язык, стиль и прочие составляющие хорошей книги, хорошего приключенческого романа.

В этой книге всё закручено на Герое, здесь всё служит тому, чтобы раскрыть и прочувствовать его полностью. Главное здесь ни пустыня, ни время, ни события, хотя естественно без них не возможен был бы он, Гасель Сайях – гордый имохаг, достойный сын Пустыни. Его действия вызывают дрожь, а некоторые поступки даже отвращение, его решения сбивают, его слова разят, как меткий камень. Но понять его не составляет труда. Эта история о человеке, для которого принципы и традиции своего племени стоят не просто превыше всего – это вжилось в кровь народа туарег когда-то давно, множество веков назад, это для них, как дышать и видеть. По–другому невозможно, не бывает или/или, закрыть глаза не получится, забыть тем более. Не остановит даже пророчество. Выжить и отомстить, отстоять то, что ещё живо в нём, не поддавшемуся цивилизации и времени.

Но эти принципы и верность традициям вызывают противоречие. Привычный уклад жизни пошёл вразрез с окружающей действительностью. Время не стоит на месте, оно движется неумолимо быстро. И всё, что ещё вчера было приемлемым и понятным, сегодня может легко разбиться вдребезги, как внезапно упавшее зеркало. И Гасель ради выполнения долга, ради соблюдения традиций, чести поставил на карту всё, что имел. Он не готов отказываться от всего во что верит, чем живёт. Он в одиночку борется с новым миром, с новым временем, которое диктует и устанавливает новые правила. А ведь его жизнь принадлежит не только ему, у него есть те, кто от него зависит – он так часто вспоминает свою жену. И его вера в итоге никому не помогла и никого не спасла.

К такой концовке истории я не была готова. Но она такая отрезвляющая, к сожалению, ставит все точки над и… и не даёт никакого возврата к прошлому. С ней можно не соглашаться, но её тоже не составит труда понять, как и вольного странника, последнего туарега Пустыни Гаселя Сайяха.

Повторюсь, книга замечательная, она очень многим понравится и вызовет бурю эмоций. Классный приключенческий роман, который написан легко, но сильно и глубоко. Прекрасная легенда, вытканная сложным узором на ковре времени.

Рецензии на книгу Туарег - Readly.ru

“Его зовут Гасель Сайях. Его империя - пустыня. Он – властитель страны, простирающейся от Атласских гор до берегов Чада. Он - один из последних великих воинов неукротимых имохагов, которых все прочие смертные знают под именем туарегов”. Красиво, правда? Еще и обложка не уступает.

Но...видимо намек на то, что это самый издаваемый роман испаноязычного автора должен был меня насторожить. В общем, кошачесть сейчас будет чуть возмущаться…

В книге мне понравилось исключительно описание пустыни. Всё. Больше ничего. Это две с половиной страницы, максимум. Остальное - наслоение мыслей, которые мне чужды, которые, что уже скрывать, для меня не приемлемы в принципе.

Закон туарега — единственный закон. Единственный, который нужно соблюдать, все остальные законы — не правильные законы.

Вся эта мишура романтизированной тяжелой жизни в тяжелых условиях, дикой жизни с дикими традициями меня откровенно бесит. Понятно, что традиции традициями, но камон, товарищи!

– Верно, – согласился туарег. – Так и должно быть. Только трус дает отпор тому, кто, насколько ему известно, слабее его, потому что такая победа никогда не прибавит ему благородства. И только глупец дерется с равным, потому что в этом случае исход сражения решает лишь чистая случайность. Имохаг, настоящий воин моей расы, всегда должен противостоять тому, кто сильнее его, ибо, если ему улыбнется победа, его усилие окупится тысячу раз, и он сможет продолжить свой путь, гордясь самим собой.
– А если тебя убьют? Что будет с нами?
– Если меня убьют, мой верблюд галопом поскачет прямо в рай, обещанный Аллахом. Ведь написано же, что тому, кто умрет в справедливой битве, обеспечена Вечность.

Поэтому туарег не удовлетворился смертью того, кто лично нарушил закон гостеприимства, он пошел дальше сеять трупы направо и налево, чем загубил свою жизнь, своей семьи… Не зацепило. Пустое.
Все эти современные пляски с бубнами вокруг традиций и законов предков выглядят не серьезно. Хорошая причина делать, что хочется, что ты считаешь правильным и плевать на всех остальных. А это уже нарушение фундаментального законы свободы воли. А уж когда все это дело героизируют, тут совсем *цензура*

Поэтому мимо.

"Туарег" Альберто Васкес-Фигероа: рецензии и отзывы на книгу | ISBN 978-5-386-07788-4

Обложка производит мрачноватое впечатление. У меня сработала ассоциация, что кто-то умер и его закопали в песок, но ветер сдул немного песочка. А на самом деле все не ужасно. Просто ведь в пустыне сильные перепады температур и ночью можно даже насмерть замерзнуть. Поэтому можно закопаться в песочек и он не даст тебе замерзнуть. Это не маловажная деталь в книге, там не раз происходит такое закапывание и обложка имеет смысл, а не придумана с бухты барахты как бывает.

Теперь о самой книге. Сюжет в том, что в пустыне к стоянке Туарега подходит старик и молодой парень и он предлагает им кров. По традиции туарег отвечает за того кто находится у него в гостях и если с человеком что-то случится то он должен отомстить. Подъезжают какие-то люди, старика забирают с собой, парня убивают и уезжают. Туарег отправляется на поиски виновных и этого старика. И сюжет приправлен поисками давно пропавшего каравана в котором перевозили много драгоценностей, эбенового дерево и других дорогих вещей на поиски которого много кто отправлялся, но так ничего и не нашел.

Мне показалась странной такая традиция мести. Месть через убийства к хорошему не приведет. Но неожиданно, что сам туарег тоже задавался этим вопросом на протяжении книги, стоит ли мстить и может нужно было бы отступить в данном случае от традиции. В книге нет чисто хороших или плохих героев, все сложнее.

Отличные диалоги в книге. Туарег жил годами в пустыне и не в курсе многих вещей, терминов понятных всем (но это не значит, что он глупый, в книге подчеркивается, что туареги обладают аналитическим умом и если бы им только было нужно они бы многих подчинили себе) и его взгляд на это все такой свежий и не обычный когда он сталкивается с чем-то новым. Вот приведу момент про коммунизм:

"– Тебе известно, что значит – быть коммунистом?
Гасель (это туарег,главный герой) уверенно ответил:
– Никогда о них не слышал. Это что, секта?
– Что-то вроде этого… Но не религиозная. Всего лишь политическая.

– Политическая? – недоуменно переспросил он.
– Они утверждают, что все люди должны быть равны, с одинаковыми обязанностями и правами, а богатства – распределяться между всеми…
– Требуют, чтобы были равны сообразительный и глупый, имохаг и раб, трудолюбивый и ленивый, воинственный и трусливый? – Гасель не сдержал возгласа удивления. – Они сошли с ума! Если Аллах сотворил нас разными, почему же они хотят, чтобы мы были одинаковыми? – Он фыркнул. – Зачем я тогда родился

Альберто Васкес-Фигероа - Туарег » Книги читать онлайн бесплатно без регистрации

Альберто Васкес-Фигероа

Туарег

Моему отцу посвящается

Аллах велик, хвала Ему.

Много лет тому назад, когда я был молод и ноги сами целыми днями носили меня по песку и камням, не чувствуя усталости, случилось так, что однажды мне сказали, что заболел мой младший брат. И хотя его и мою хайму[1] разделяли три дня пути, любовь к нему взяла верх над моей ленью, и я бесстрашно пустился в путь, поскольку, как уже сказал, был молод и силен и ничто не смущало мой дух.

Наступил вечер второго дня, когда я очутился среди высоких-превысоких барханов, в половине дня пути от могилы Сантона Омара Ибрагима. Я взобрался на один из них, надеясь увидеть какое-нибудь жилье, чтобы напроситься на ночлег. Однако так ничего и не увидел и потому решил остановиться и переночевать прямо там, укрывшись от ветра.

Луна, должно быть, взошла очень высоко – раз уж, на мою беду, Аллаху не было угодно, чтобы та ночь была безлунной, – когда меня разбудил такой нечеловеческий крик, что я обмер и сжался от ужаса в комок.

Лежу, значит, ни жив ни мертв, и тут этот жуткий вой раздается вновь, а следом такой поток жалоб и стенаний, что, подумалось мне, не иначе, как какой-то душе, мучающейся в аду, удалось с криком вырваться из-под земли.

И тут вдруг, чувствую, кто-то скребется в песке. Вскоре перестали, потом заскребли в другом месте, и так, по очереди, этот шум донесся до меня из пяти или шести мест. Раздирающие душу вопли все не смолкали, а страх так и держал меня в оцепенении и трепете.

Злоключения мои на том не закончились, ибо в какое-то мгновение я ощутил чье-то тяжелое дыхание, мне швырнули в лицо горсти песка, и да простят меня мои предки, если я признаюсь, что испытал такой жуткий страх, от которого вскочил и пустился наутек, словно за мной гнался сам Шайтан[2], демон, побитый камнями. И получилось так, что ноги мои не останавливались до тех пор, пока меня не осветило солнце, а за моей спиной не осталось ни следа от высоких барханов.

Добрался я, значит, до жилища моего брата, и тут Аллаху было угодно, чтобы он почувствовал себя гораздо лучше, а потому смог выслушать рассказ о моих ночных ужасах. И когда я описывал их, сидя у очага – вот как сейчас описываю вам, – один сосед растолковал мне, что это было, и поведал о том, о чем когда-то поведал ему его отец.

И вот что он сказал:

– Аллах велик. Хвала Ему.

Случилось так – а было это много лет тому назад, – что два могущественных семейства – Зайеды и Атманы – до такой степени возненавидели друг друга, что кровь и одних, и других проливалась столько раз, что ею можно было выкрасить их одежды и даже скот до конца дней. И вот когда погиб последний – молодой Атман, – его семья возжаждала отмщения.

А тут как раз среди барханов, где ты заночевал, недалеко от могилы Сантона Омара Ибрагима, стояла хайма Зайедов. Правда, все мужчины в ней уже умерли, остались только мать с сыном, которые жили в спокойствии, поскольку даже в этих семьях, питавших друг к другу такую ненависть, нападать на женщину по-прежнему считалось недостойным.

И все же вышло так, что однажды ночью явились их враги и, связав бедную мать, которая стонала и плакала, унесли с собой малыша, намереваясь живьем закопать его в один из барханов.

Крепкими были веревки, но ведь известно, что нет ничего сильнее материнской любви, поэтому женщина сумела их разорвать. Однако, когда она выбралась наружу, вокруг уже не было ни души, и ее взору предстала только бесконечная череда высоких барханов. Она стала метаться от одного к другому, копая песок то тут, то там, издавая стоны и зовя своего сына, зная, что он вот-вот задохнется и только она может его спасти. За этим занятием застал ее рассвет.

Так продолжалось один день, и другой, и третий, ибо Милосердный Аллах ниспослал ей безумие, дабы она меньше страдала, не осознавая, сколько злобы существует в людях.

И больше об этой несчастной женщине не было никаких известий. Говорят, будто ночью дух ее бродит по барханам недалеко от могилы Сантона Омара Ибрагима и все так же ищет и стонет. Верно, так и есть, коли ты, пребывавший в неведении, заночевав там, встретился с нею.

Хвала Милосердному Аллаху, который позволил тебе остаться невредимым и продолжить свой путь, за то, что сейчас ты находишься здесь с нами, у очага.

Хвала Ему.

Завершив свой рассказ, старик глубоко вздохнул и, повернувшись к самым молодым, которые впервые слушали древнюю повесть, добавил:

– Видите, ненависть и раздоры между семьями не приводят ни к чему иному, как к страху, безумию и смерти, и правда то, что за многие годы, в течение которых я сражался вместе со своими против наших давних северных врагов – Ибн-Азизов, я так и не увидел ничего хорошего, что послужило бы тому оправданием, ибо в ответ на разбой с одной стороны следует разбой с другой. Погибших ведь не вернешь, они лишь влекут за собой новые смерти, и в хаймах не остается сильных рук, а дети вырастают, так и не услышав отцовского голоса.

Несколько минут никто не произносил ни слова: необходимо было обдумать поучение, содержавшееся в истории, только что рассказанной старым Суилемом. Было бы неправильно тут же забыть его, поскольку тогда не стоило и беспокоить столь уважаемого человека, укоротившего время своего сна и обременившего себя ради слушателей.

Наконец Гасель, который уже не раз слышал старинное предание, жестом показал, что всем пора спать, а сам, как у него было заведено по вечерам, пошел проверить, собран ли скот, выполнили ли рабы его указания, почивает ли мирно семья и все ли в порядке в его небольшой «империи», включавшей в себя четыре шатра из верблюжьих шкур, полдюжины шериб, сплетенных из тростника, колодец, девять пальм, горстку коз и верблюдов.

Затем он не спеша поднялся на высокую и твердую дюну, защищавшую его лагерь от восточных ветров, и осмотрел при свете луны остальные пределы своей «империи»: бесконечное пространство пустыни, в которой он, Гасель Сайях, был безраздельным властителем, будучи единственным обосновавшимся там имохагом[3], да к тому же хозяином единственного известного колодца.

Ему нравилось садиться на вершину дюны и возносить благодарность Аллаху за тысячи милостей, которыми тот часто осыпал его голову. За то, что ниспослал ему замечательную семью, рабы здоровы, со скотиной все в порядке, пальмы плодоносят, а самое главное – что позволил ему родиться среди благородных воинов могучего народа Кель-Тальгимус, «Народа Покрывала», неукротимых имохагов, которых все прочие смертные знали под именем туарегов.

На юге, востоке, севере или западе ничего не было. Ничего, что могло бы ограничить власть Гаселя Охотника, мало-помалу удалившегося от населенных пунктов, чтобы обосноваться в самом дальнем краю пустыни, там, где он мог остаться наедине со своими дикими животными: быстроногими аддаксами[4], которые по несколько дней осматриваются на равнине, муфлонами[5] с высоких гор, напоминающими острова среди необъятных морей песка, дикими ослами, кабанами, газелями и бесчисленными стаями перелетных птиц.